Закон рф о государственном предприятии

Закон о государственном предприятии

Материал из Documentation.

Закон о государственном предприятии (объединении) — закон, принятый Верховным Советом СССР 30 июня 1987 года и введённый в действие с 1 января 1988 года. [1]

Закон радикально увеличил степень независимости предприятий и, соответственно, столь же сильно уменьшил контроль государства над экономическими процессами. Кроме того, закон серьёзно ограничивал административные возможности руководства предприятий по отношению к работникам, резко усилив при этом влияние трудовых коллективов на принятие экономических решений (распределение доходов предприятия, назначение менеджмента и т. д.). [2]

Принятие этого закона было очень серьёзной и, возможно, решающей макроэкономической ошибкой, допущенной властями СССР в период Перестройки. Значительная утрата госконтроля над предприятиями для плановой советской экономики имела разрушительные последствия. Под давлением трудовых коллективов, многие предприятия стали тратить свою прибыль не столько на развитие производства, сколько на повышение зарплаты своих работников. С одной стороны, это привело к резкому увеличению темпов роста доходов населения, которые намного превзошли темпы роста выпуска потребительских благ. И как следствие, рынок разбалансировалcя в ещё большей мере, чем раньше. С другой стороны, началось быстрое сокращение инвестиций. А вслед за этим последовал и экономический спад в стране. [3] [4] [5]

Содержание

[править] Предыстория

В известной триаде, определяющей право собственности как право владеть, распоряжаться и пользоваться, первый элемент был наиболее консервативным в советской экономике. Государство реализовывало его в полной мере вплоть до 1988 года, назначая и сменяя высших руководителей предприятий. Права распоряжаться и пользоваться частично делегировались, причём соответствующие механизмы заметно эволюционировали. [6]

В период до Великой Отечественной войны выполнение распоряжений сверху, включая плановые задания, обеспечивалось почти исключительно мерами административного принуждения, партийной дисциплиной и репрессиями. Тем не менее уже с 1923 по 1936 год на предприятиях действовал «фонд улучшения быта рабочих и служащих», а в 1936 году его сменил «фонд директора»; оба эти фонда формировались из отчислений от прибыли. С 1955 года фонд директора преобразуется в «фонд предприятия», достигающий 7-8 % фонда заработной платы и предназначенный для улучшения культурно-бытовых условий работников и совершенствования производства. Затем в 1967 году на смену ему пришли фонды материального поощрения, социально-культурных мероприятий и развития производства. Схемы создания и расходования этих фондов экономического стимулирования менялись каждую пятилетку, а иногда и чаше. Выполнение или невыполнение плана всё в большей мере становилось делом экономического выбора. Фонды стимулирования усиливали взаимозависимость работников, способствовали формированию единой цели трудового коллектива. [7]

Декларирование важнейшей роли трудового коллектива всегда было существенным элементом советской пропаганды. Хотя элементы рабочего самоуправления, возникшие после революции, были довольно быстро ликвидированы, государство стремилось к тому, чтобы «производственные отношения» занимали как можно больше места в жизни рядового работника. Предприятие распределяло квартиры, места в яслях и детских садах, путёвки в дома отдыха и санатории, садовые участки, предоставляло возможность заниматься спортом или танцами, обеспечивало медицинское обслуживание и доступ ко многим другим видам услуг и дефицитным продуктам. Такой строй жизни находил поддержку в массовой коллективистской психологии и одновременно укреплял её. Развитие системы экономического стимулирования ставило не только оплату труда, но и объём оказываемых работникам услуг во всё большую зависимость от трудовых усилий коллектива и искусства его менеджеров. [8]

В любой системе менеджер испытывает давление с двух сторон: собственника (частного владельца, государства, акционеров) и коллектива работников. По мере ослабления государственного контроля руководители предприятия всё в большей мере оказывались выразителями интересов трудового коллектива. [9]

С 1960-х годов объём прав государства по распоряжению предприятием законодательно ограничивается и сокращается. Многие годы предприятие было юридически беззащитно перед любыми предписаниями министерства; в произвольный момент ему могли изменить план или заставить приобрести ненужную или невыгодную продукцию. В 1962 году Положение о поставках дало предприятиям право отказываться от подобной продукции, а статья 47 «Закона о предприятии» 1965 года провозгласила, что министерства могут менять утверждённый годовой план предприятия лишь в исключительных случаях и с согласия его руководства. Разумеется, это не вызвало существенных реальных изменений, а было только намёком на их возможность. [10]

Директора предприятий, трудовые коллективы всё более осознавали себя политической силой. Требования предоставить им большую свободу поддерживалось большинством интеллигенции, многими экономистами. «Закон о предприятии» 1987 года был в значительной мере результатом их многолетнего совместного давления на партийно-правительственные органы. [11]

[править] Содержание закона

Закон принципиально видоизменил взаимоотношения в треугольнике «органы государственной власти — администрация предприятий — работники». Ключевых нововведений в новом законе было два. [12]

Во-первых, закон радикально увеличивал степень независимости предприятий и, соответственно, столь же радикально уменьшал контроль органов государственной власти над экономическими процессами. [13] Жёсткие плановые задания отменялись для почти 2 тыс. предприятий, планирование для них ограничивалось контрольными цифрами и государственными заказами. Постепенное уменьшение доли госзаказа было провозглашено важной задачей. [14] Руководителям и коллективам государственных предприятий были предоставлены исключительно широкие полномочия, в частности, право самостоятельного выхода на внешний рынок, осуществления совместной деятельности с иностранными партнёрами и др. [15] В значительно большем объёме делегировалось и право пользования. Согласно так называемой второй схеме хозрасчёта (одной из двух предлагавшихся предприятиям на выбор при реорганизации) фонд оплаты труда определялся как доход, уменьшенный на сумму материальных затрат, платежей в бюджет и отчислений в специальные фонды. Первая схема также открывала новые, хотя и не столь обширные возможности для увеличения заработной платы. [16]

Во-вторых, закон серьёзно ограничивал административные возможности директората предприятий по отношению к работникам, резко усилив при этом влияние трудовых коллективов на принятие экономических решений (распределение доходов предприятия, назначение менеджеров всех уровней и т. д.). [17] В духе идей рабочего самоуправления трудовым коллективам была предоставлена возможность выбирать директоров, правда, с последующим утверждением министерствами. [18]

[править] Последствия принятия закона

Вследствие принятия закона в советской экономике буквально за 2-3 года произошло очень существенное перераспределение ресурсов. Преобладающая часть материальных и финансовых потоков фактически ушла из-под контроля центральной власти и оказалась в распоряжении предприятий. Это обстоятельство окончательно подорвало основополагающие механизмы плановой экономики. Балансировать структурные диспропорции и устранять дефициты посредством накопления и крупномасштабной переброски ресурсов с этого времени стало практически невозможно. Центральная власть в лице Госплана и министерств утратила способность полноценно осуществлять свои экономические функции. При этом попытки министерств наладить взаимодействие за счёт использования неформальных связей и уговоров компенсировали возникшие трудности лишь отчасти. Предприятия брать на себя какие-либо народнохозяйственные функции не могли и не хотели, так как их ресурсные возможности были ограничены, а свои финансово-экономические интересы они, как правило, видели иначе, чем вышестоящие инстанции. [19]

Кроме того, под давлением трудовых коллективов, получивших в рамках нового закона широкие полномочия, большинство предприятий стали использовать полученные ресурсы не столько для развития и модернизации, сколько для повышения зарплаты работникам и оплаты текущего потребления. [20] [21] Впоследствии государство попыталось ограничить рост зарплаты, но успеха в этом направлении не добилось. Уже в 1988 году доля прибыли предприятий, направляемой в фонды экономического стимулирования, выросла скачком с 16 до 41 % (а к 1990 году — до 49 %). В результате произошло резкое увеличение темпов роста доходов населения, которые намного превзошли (тоже несколько увеличившиеся) темпы роста выпуска потребительских благ и услуг. Если в 1987 году доходы населения СССР выросли на 2,8 %, то в 1988 году — на 9,1 %, в 1989 году — на 10,9 %, в 1990 году — на 15,8 %. Рынок разбалансировалcя в ещё большей мере, возник дефицит государственного бюджета. [22] [23]

Закономерным следствием этих процессов стало быстрое сокращение инвестиций в развитие производства. И хотя министерства и ведомства поняли драматизм ситуации довольно быстро, решить проблему они не могли. Прежние взаимоотношения и связи работали все хуже и хуже, а механизмы и мотивы рыночного характера еще не появились. При этом отсутствие жёстких бюджетных ограничений позволяло предприятиям не нести немедленных финансовых потерь из-за сокращения своей инвестиционной активности. Подобное рассогласование интересов национального экономического развития и мотивов поведения предприятий очень быстро привело к падению производства. [24]

В результате и без того сложная ситуация в советской экономике ещё более обострилась и макроэкономический кризис в стране перешел в открытую форму. В 1989—1990 годах начался производственный спад в таких ключевых для советской экономики отраслях как добыча нефти и угля, выплавка чугуна и стали, капитальное строительство и т. д. В некоторых случаях сокращение производства носило обвальный характер. [25]

Таким образом, закон ускорил кризис советской экономики. [26]

newsruss.ru

Закон о государственном предприятии

Материал из Documentation.

Закон о государственном предприятии (объединении) — закон, принятый Верховным Советом СССР 30 июня 1987 года и введённый в действие с 1 января 1988 года. [1]

Закон радикально увеличил степень независимости предприятий и, соответственно, столь же сильно уменьшил контроль государства над экономическими процессами. Кроме того, закон серьёзно ограничивал административные возможности руководства предприятий по отношению к работникам, резко усилив при этом влияние трудовых коллективов на принятие экономических решений (распределение доходов предприятия, назначение менеджмента и т. д.). [2]

Принятие этого закона было очень серьёзной и, возможно, решающей макроэкономической ошибкой, допущенной властями СССР в период Перестройки. Значительная утрата госконтроля над предприятиями для плановой советской экономики имела разрушительные последствия. Под давлением трудовых коллективов, многие предприятия стали тратить свою прибыль не столько на развитие производства, сколько на повышение зарплаты своих работников. С одной стороны, это привело к резкому увеличению темпов роста доходов населения, которые намного превзошли темпы роста выпуска потребительских благ. И как следствие, рынок разбалансировалcя в ещё большей мере, чем раньше. С другой стороны, началось быстрое сокращение инвестиций. А вслед за этим последовал и экономический спад в стране. [3] [4] [5]

Содержание

[править] Предыстория

В известной триаде, определяющей право собственности как право владеть, распоряжаться и пользоваться, первый элемент был наиболее консервативным в советской экономике. Государство реализовывало его в полной мере вплоть до 1988 года, назначая и сменяя высших руководителей предприятий. Права распоряжаться и пользоваться частично делегировались, причём соответствующие механизмы заметно эволюционировали. [6]

В период до Великой Отечественной войны выполнение распоряжений сверху, включая плановые задания, обеспечивалось почти исключительно мерами административного принуждения, партийной дисциплиной и репрессиями. Тем не менее уже с 1923 по 1936 год на предприятиях действовал «фонд улучшения быта рабочих и служащих», а в 1936 году его сменил «фонд директора»; оба эти фонда формировались из отчислений от прибыли. С 1955 года фонд директора преобразуется в «фонд предприятия», достигающий 7-8 % фонда заработной платы и предназначенный для улучшения культурно-бытовых условий работников и совершенствования производства. Затем в 1967 году на смену ему пришли фонды материального поощрения, социально-культурных мероприятий и развития производства. Схемы создания и расходования этих фондов экономического стимулирования менялись каждую пятилетку, а иногда и чаше. Выполнение или невыполнение плана всё в большей мере становилось делом экономического выбора. Фонды стимулирования усиливали взаимозависимость работников, способствовали формированию единой цели трудового коллектива. [7]

Декларирование важнейшей роли трудового коллектива всегда было существенным элементом советской пропаганды. Хотя элементы рабочего самоуправления, возникшие после революции, были довольно быстро ликвидированы, государство стремилось к тому, чтобы «производственные отношения» занимали как можно больше места в жизни рядового работника. Предприятие распределяло квартиры, места в яслях и детских садах, путёвки в дома отдыха и санатории, садовые участки, предоставляло возможность заниматься спортом или танцами, обеспечивало медицинское обслуживание и доступ ко многим другим видам услуг и дефицитным продуктам. Такой строй жизни находил поддержку в массовой коллективистской психологии и одновременно укреплял её. Развитие системы экономического стимулирования ставило не только оплату труда, но и объём оказываемых работникам услуг во всё большую зависимость от трудовых усилий коллектива и искусства его менеджеров. [8]

В любой системе менеджер испытывает давление с двух сторон: собственника (частного владельца, государства, акционеров) и коллектива работников. По мере ослабления государственного контроля руководители предприятия всё в большей мере оказывались выразителями интересов трудового коллектива. [9]

С 1960-х годов объём прав государства по распоряжению предприятием законодательно ограничивается и сокращается. Многие годы предприятие было юридически беззащитно перед любыми предписаниями министерства; в произвольный момент ему могли изменить план или заставить приобрести ненужную или невыгодную продукцию. В 1962 году Положение о поставках дало предприятиям право отказываться от подобной продукции, а статья 47 «Закона о предприятии» 1965 года провозгласила, что министерства могут менять утверждённый годовой план предприятия лишь в исключительных случаях и с согласия его руководства. Разумеется, это не вызвало существенных реальных изменений, а было только намёком на их возможность. [10]

Директора предприятий, трудовые коллективы всё более осознавали себя политической силой. Требования предоставить им большую свободу поддерживалось большинством интеллигенции, многими экономистами. «Закон о предприятии» 1987 года был в значительной мере результатом их многолетнего совместного давления на партийно-правительственные органы. [11]

[править] Содержание закона

Закон принципиально видоизменил взаимоотношения в треугольнике «органы государственной власти — администрация предприятий — работники». Ключевых нововведений в новом законе было два. [12]

Во-первых, закон радикально увеличивал степень независимости предприятий и, соответственно, столь же радикально уменьшал контроль органов государственной власти над экономическими процессами. [13] Жёсткие плановые задания отменялись для почти 2 тыс. предприятий, планирование для них ограничивалось контрольными цифрами и государственными заказами. Постепенное уменьшение доли госзаказа было провозглашено важной задачей. [14] Руководителям и коллективам государственных предприятий были предоставлены исключительно широкие полномочия, в частности, право самостоятельного выхода на внешний рынок, осуществления совместной деятельности с иностранными партнёрами и др. [15] В значительно большем объёме делегировалось и право пользования. Согласно так называемой второй схеме хозрасчёта (одной из двух предлагавшихся предприятиям на выбор при реорганизации) фонд оплаты труда определялся как доход, уменьшенный на сумму материальных затрат, платежей в бюджет и отчислений в специальные фонды. Первая схема также открывала новые, хотя и не столь обширные возможности для увеличения заработной платы. [16]

Во-вторых, закон серьёзно ограничивал административные возможности директората предприятий по отношению к работникам, резко усилив при этом влияние трудовых коллективов на принятие экономических решений (распределение доходов предприятия, назначение менеджеров всех уровней и т. д.). [17] В духе идей рабочего самоуправления трудовым коллективам была предоставлена возможность выбирать директоров, правда, с последующим утверждением министерствами. [18]

[править] Последствия принятия закона

Вследствие принятия закона в советской экономике буквально за 2-3 года произошло очень существенное перераспределение ресурсов. Преобладающая часть материальных и финансовых потоков фактически ушла из-под контроля центральной власти и оказалась в распоряжении предприятий. Это обстоятельство окончательно подорвало основополагающие механизмы плановой экономики. Балансировать структурные диспропорции и устранять дефициты посредством накопления и крупномасштабной переброски ресурсов с этого времени стало практически невозможно. Центральная власть в лице Госплана и министерств утратила способность полноценно осуществлять свои экономические функции. При этом попытки министерств наладить взаимодействие за счёт использования неформальных связей и уговоров компенсировали возникшие трудности лишь отчасти. Предприятия брать на себя какие-либо народнохозяйственные функции не могли и не хотели, так как их ресурсные возможности были ограничены, а свои финансово-экономические интересы они, как правило, видели иначе, чем вышестоящие инстанции. [19]

Кроме того, под давлением трудовых коллективов, получивших в рамках нового закона широкие полномочия, большинство предприятий стали использовать полученные ресурсы не столько для развития и модернизации, сколько для повышения зарплаты работникам и оплаты текущего потребления. [20] [21] Впоследствии государство попыталось ограничить рост зарплаты, но успеха в этом направлении не добилось. Уже в 1988 году доля прибыли предприятий, направляемой в фонды экономического стимулирования, выросла скачком с 16 до 41 % (а к 1990 году — до 49 %). В результате произошло резкое увеличение темпов роста доходов населения, которые намного превзошли (тоже несколько увеличившиеся) темпы роста выпуска потребительских благ и услуг. Если в 1987 году доходы населения СССР выросли на 2,8 %, то в 1988 году — на 9,1 %, в 1989 году — на 10,9 %, в 1990 году — на 15,8 %. Рынок разбалансировалcя в ещё большей мере, возник дефицит государственного бюджета. [22] [23]

Закономерным следствием этих процессов стало быстрое сокращение инвестиций в развитие производства. И хотя министерства и ведомства поняли драматизм ситуации довольно быстро, решить проблему они не могли. Прежние взаимоотношения и связи работали все хуже и хуже, а механизмы и мотивы рыночного характера еще не появились. При этом отсутствие жёстких бюджетных ограничений позволяло предприятиям не нести немедленных финансовых потерь из-за сокращения своей инвестиционной активности. Подобное рассогласование интересов национального экономического развития и мотивов поведения предприятий очень быстро привело к падению производства. [24]

В результате и без того сложная ситуация в советской экономике ещё более обострилась и макроэкономический кризис в стране перешел в открытую форму. В 1989—1990 годах начался производственный спад в таких ключевых для советской экономики отраслях как добыча нефти и угля, выплавка чугуна и стали, капитальное строительство и т. д. В некоторых случаях сокращение производства носило обвальный характер. [25]

Таким образом, закон ускорил кризис советской экономики. [26]

newsruss.ru

Закон о государственном предприятии

Материал из Documentation.

Закон о государственном предприятии (объединении) — закон, принятый Верховным Советом СССР 30 июня 1987 года и введённый в действие с 1 января 1988 года. [1]

Закон радикально увеличил степень независимости предприятий и, соответственно, столь же сильно уменьшил контроль государства над экономическими процессами. Кроме того, закон серьёзно ограничивал административные возможности руководства предприятий по отношению к работникам, резко усилив при этом влияние трудовых коллективов на принятие экономических решений (распределение доходов предприятия, назначение менеджмента и т. д.). [2]

Принятие этого закона было очень серьёзной и, возможно, решающей макроэкономической ошибкой, допущенной властями СССР в период Перестройки. Значительная утрата госконтроля над предприятиями для плановой советской экономики имела разрушительные последствия. Под давлением трудовых коллективов, многие предприятия стали тратить свою прибыль не столько на развитие производства, сколько на повышение зарплаты своих работников. С одной стороны, это привело к резкому увеличению темпов роста доходов населения, которые намного превзошли темпы роста выпуска потребительских благ. И как следствие, рынок разбалансировалcя в ещё большей мере, чем раньше. С другой стороны, началось быстрое сокращение инвестиций. А вслед за этим последовал и экономический спад в стране. [3] [4] [5]

Содержание

[править] Предыстория

В известной триаде, определяющей право собственности как право владеть, распоряжаться и пользоваться, первый элемент был наиболее консервативным в советской экономике. Государство реализовывало его в полной мере вплоть до 1988 года, назначая и сменяя высших руководителей предприятий. Права распоряжаться и пользоваться частично делегировались, причём соответствующие механизмы заметно эволюционировали. [6]

В период до Великой Отечественной войны выполнение распоряжений сверху, включая плановые задания, обеспечивалось почти исключительно мерами административного принуждения, партийной дисциплиной и репрессиями. Тем не менее уже с 1923 по 1936 год на предприятиях действовал «фонд улучшения быта рабочих и служащих», а в 1936 году его сменил «фонд директора»; оба эти фонда формировались из отчислений от прибыли. С 1955 года фонд директора преобразуется в «фонд предприятия», достигающий 7-8 % фонда заработной платы и предназначенный для улучшения культурно-бытовых условий работников и совершенствования производства. Затем в 1967 году на смену ему пришли фонды материального поощрения, социально-культурных мероприятий и развития производства. Схемы создания и расходования этих фондов экономического стимулирования менялись каждую пятилетку, а иногда и чаше. Выполнение или невыполнение плана всё в большей мере становилось делом экономического выбора. Фонды стимулирования усиливали взаимозависимость работников, способствовали формированию единой цели трудового коллектива. [7]

Декларирование важнейшей роли трудового коллектива всегда было существенным элементом советской пропаганды. Хотя элементы рабочего самоуправления, возникшие после революции, были довольно быстро ликвидированы, государство стремилось к тому, чтобы «производственные отношения» занимали как можно больше места в жизни рядового работника. Предприятие распределяло квартиры, места в яслях и детских садах, путёвки в дома отдыха и санатории, садовые участки, предоставляло возможность заниматься спортом или танцами, обеспечивало медицинское обслуживание и доступ ко многим другим видам услуг и дефицитным продуктам. Такой строй жизни находил поддержку в массовой коллективистской психологии и одновременно укреплял её. Развитие системы экономического стимулирования ставило не только оплату труда, но и объём оказываемых работникам услуг во всё большую зависимость от трудовых усилий коллектива и искусства его менеджеров. [8]

В любой системе менеджер испытывает давление с двух сторон: собственника (частного владельца, государства, акционеров) и коллектива работников. По мере ослабления государственного контроля руководители предприятия всё в большей мере оказывались выразителями интересов трудового коллектива. [9]

С 1960-х годов объём прав государства по распоряжению предприятием законодательно ограничивается и сокращается. Многие годы предприятие было юридически беззащитно перед любыми предписаниями министерства; в произвольный момент ему могли изменить план или заставить приобрести ненужную или невыгодную продукцию. В 1962 году Положение о поставках дало предприятиям право отказываться от подобной продукции, а статья 47 «Закона о предприятии» 1965 года провозгласила, что министерства могут менять утверждённый годовой план предприятия лишь в исключительных случаях и с согласия его руководства. Разумеется, это не вызвало существенных реальных изменений, а было только намёком на их возможность. [10]

Директора предприятий, трудовые коллективы всё более осознавали себя политической силой. Требования предоставить им большую свободу поддерживалось большинством интеллигенции, многими экономистами. «Закон о предприятии» 1987 года был в значительной мере результатом их многолетнего совместного давления на партийно-правительственные органы. [11]

[править] Содержание закона

Закон принципиально видоизменил взаимоотношения в треугольнике «органы государственной власти — администрация предприятий — работники». Ключевых нововведений в новом законе было два. [12]

Во-первых, закон радикально увеличивал степень независимости предприятий и, соответственно, столь же радикально уменьшал контроль органов государственной власти над экономическими процессами. [13] Жёсткие плановые задания отменялись для почти 2 тыс. предприятий, планирование для них ограничивалось контрольными цифрами и государственными заказами. Постепенное уменьшение доли госзаказа было провозглашено важной задачей. [14] Руководителям и коллективам государственных предприятий были предоставлены исключительно широкие полномочия, в частности, право самостоятельного выхода на внешний рынок, осуществления совместной деятельности с иностранными партнёрами и др. [15] В значительно большем объёме делегировалось и право пользования. Согласно так называемой второй схеме хозрасчёта (одной из двух предлагавшихся предприятиям на выбор при реорганизации) фонд оплаты труда определялся как доход, уменьшенный на сумму материальных затрат, платежей в бюджет и отчислений в специальные фонды. Первая схема также открывала новые, хотя и не столь обширные возможности для увеличения заработной платы. [16]

Во-вторых, закон серьёзно ограничивал административные возможности директората предприятий по отношению к работникам, резко усилив при этом влияние трудовых коллективов на принятие экономических решений (распределение доходов предприятия, назначение менеджеров всех уровней и т. д.). [17] В духе идей рабочего самоуправления трудовым коллективам была предоставлена возможность выбирать директоров, правда, с последующим утверждением министерствами. [18]

[править] Последствия принятия закона

Вследствие принятия закона в советской экономике буквально за 2-3 года произошло очень существенное перераспределение ресурсов. Преобладающая часть материальных и финансовых потоков фактически ушла из-под контроля центральной власти и оказалась в распоряжении предприятий. Это обстоятельство окончательно подорвало основополагающие механизмы плановой экономики. Балансировать структурные диспропорции и устранять дефициты посредством накопления и крупномасштабной переброски ресурсов с этого времени стало практически невозможно. Центральная власть в лице Госплана и министерств утратила способность полноценно осуществлять свои экономические функции. При этом попытки министерств наладить взаимодействие за счёт использования неформальных связей и уговоров компенсировали возникшие трудности лишь отчасти. Предприятия брать на себя какие-либо народнохозяйственные функции не могли и не хотели, так как их ресурсные возможности были ограничены, а свои финансово-экономические интересы они, как правило, видели иначе, чем вышестоящие инстанции. [19]

Кроме того, под давлением трудовых коллективов, получивших в рамках нового закона широкие полномочия, большинство предприятий стали использовать полученные ресурсы не столько для развития и модернизации, сколько для повышения зарплаты работникам и оплаты текущего потребления. [20] [21] Впоследствии государство попыталось ограничить рост зарплаты, но успеха в этом направлении не добилось. Уже в 1988 году доля прибыли предприятий, направляемой в фонды экономического стимулирования, выросла скачком с 16 до 41 % (а к 1990 году — до 49 %). В результате произошло резкое увеличение темпов роста доходов населения, которые намного превзошли (тоже несколько увеличившиеся) темпы роста выпуска потребительских благ и услуг. Если в 1987 году доходы населения СССР выросли на 2,8 %, то в 1988 году — на 9,1 %, в 1989 году — на 10,9 %, в 1990 году — на 15,8 %. Рынок разбалансировалcя в ещё большей мере, возник дефицит государственного бюджета. [22] [23]

Закономерным следствием этих процессов стало быстрое сокращение инвестиций в развитие производства. И хотя министерства и ведомства поняли драматизм ситуации довольно быстро, решить проблему они не могли. Прежние взаимоотношения и связи работали все хуже и хуже, а механизмы и мотивы рыночного характера еще не появились. При этом отсутствие жёстких бюджетных ограничений позволяло предприятиям не нести немедленных финансовых потерь из-за сокращения своей инвестиционной активности. Подобное рассогласование интересов национального экономического развития и мотивов поведения предприятий очень быстро привело к падению производства. [24]

В результате и без того сложная ситуация в советской экономике ещё более обострилась и макроэкономический кризис в стране перешел в открытую форму. В 1989—1990 годах начался производственный спад в таких ключевых для советской экономики отраслях как добыча нефти и угля, выплавка чугуна и стали, капитальное строительство и т. д. В некоторых случаях сокращение производства носило обвальный характер. [25]

Таким образом, закон ускорил кризис советской экономики. [26]

newsruss.ru

Реформы и нововведения в горбачевский период. Справка

2 марта исполняется 80 лет Михаилу Горбачеву – советскому политику, Генеральному секретарю ЦК КПСС, председателю президиума Верховного Совета СССР, председателю Верховного Совета СССР, первому президенту СССР.

23 апреля 1985 г. на пленуме ЦК КПСС Михаил Горбачев, занимавший тогда пост Генерального секретаря ЦК, сообщил о планах широких реформ, направленных на всестороннее обновление общества, краеугольным камнем которых было названо «ускорение социально-экономического развития страны».

Считалось, что обеспечить ускорение позволит внедрение достижений научно-технического прогресса, особенно в области машиностроения. Предусматривалось серьезное изменение инвестиционной политики: сокращение дорогостоящего капитального строительства и ускорение технического перевооружения предприятий.

Особое внимание уделялось активизации «человеческого фактора» — через укрепление дисциплины и стимулирование новых форм труда. Приоритетными были объявлены социальные проблемы: строительство жилья, снабжение населения продовольствием, совершенствование системы здравоохранения и образования. Однако главное внимание по-прежнему уделялось производственной сфере.

7 мая 1985 г. было принято постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма» и начата так называемая антиалкогольная кампания. Пьянство в стране достигло действительно критических пределов, но меры, принятые для его искоренения, оказались грубо-прямолинейными, неэффективными и имели крайне вредные последствия. Резко сократилось производство спиртного, в том числе не только дешевого низкосортного вина и водки, но и марочных вин. Были вырублены виноградники, разрушены винодельческие предприятия. У дверей винных магазинов, число которых резко сократилось, выстроились громадные очереди.

Антиалкогольная кампания привела к росту наркомании, токсикомании, потребления суррогатов спиртного. В обществе она была крайне непопулярна. Огромные потери понес бюджет.

В 1986 г. на XXVII съезде КПСС (25 февраля — 6 марта 1986 г.) в выступлении Горбачева впервые прозвучало о необходимости широкой «демократизации» страны. Тогда же он пустил в оборот еще одно слово, ставшее символом его эпохи — «гласность», то есть открытость принятия решений и свободный доступ граждан к информации.

Часть доклада Горбачева на XXVII съезде партии, посвященная анализу международной обстановки, также показалась слушателям новаторской. Молодой советский руководитель обратил внимание делегатов на «общность», на «взаимозависимость» отдельных составляющих мирового целого, на сложность «глобальных проблем», на их «общечеловеческий» характер, на то, что они «не могут быть решены силами одного государства или группы государств», но требуют сознательного взаимодействия государств и народов «в планетарном масштабе».

Впоследствии такой подход к мировым проблемам стал называться «новым мышлением», которое привело к окончанию «холодной войны», объединению Германии.

В мае 1986 г. была введена госприемка. В отличие от контролеров ОТК (отделов технического контроля предприятий), работники госприемки не зависели от администрации и не были материально заинтересованы в выполнении плана.

Госприемка вводилась первоначально на 1500 важнейших предприятиях. Однако эффект от ее введения оказался значительно ниже ожидаемого. Выполнение планов существенно снизилось, упали заработки. Просуществовала госприемка лишь год-два.

19 ноября 1986 г. был принят закон об индивидуальной трудовой деятельности. Закон разрешил индивидуальное предпринимательство в сфере производства товаров народного потребления и бытового обслуживания. Был установлен запрет на применение наемного труда. Допускалось лишь выполнение вспомогательных работ по договору. От того, кто решил заняться индивидуальной трудовой деятельностью, требовалась масса справок и разрешений.

В декабре 1986 г. Горбачев вернул из политической ссылки академика Андрея Сахарова и предложил ему участвовать в московских международных антивоенных совещаниях. При Горбачеве начался процесс возвращения советского гражданства лишенным его и высланным диссидентам, была развернута широкая кампания реабилитации жертв политических репрессий.

27-28 января 1987 г. на пленуме ЦК КПСС Горбачев выступил с докладом «О перестройке и кадровой политике партии», в котором изложил новый план преобразований. Во главу угла ставилась реформа политической системы, которая должна была повлечь за собой и социально-экономическое обновление общества. Перестройка была фактически объявлена новой государственной идеологией.

Именно после этого пленума в широкое употребление вошел новый штамп — «механизм торможения». Этим механизмом, по мнению Горбачева, являлась косная политическая система, тормозившая экономическое развитие страны.

В 1987 г. Михаил Горбачев провозгласил политику «гласности» — политический термин, обозначающий политику открытости, доступности информации для общественного ознакомления, обсуждения, для контроля деятельности учреждений, организаций и должностных лиц.

На практике это привело к существенному ослаблению цензуры и снятию существовавших в советском обществе многочисленных информационных барьеров. Средствам массовой информации было позволено начать широкую компанию критики существующего общества и его истории под лозунгом «возвращения к ленинским нормам».

30 июня 1987 г. был принят закон о государственном предприятии (объединении), который предусматривал переход предприятий на хозрасчет и самофинансирование. Предприятия получили право самостоятельно расходовать свою прибыль, остающуюся после расчетов с государством. Допускались две модели хозрасчета. Первая из них предусматривала формирование прибыли после выплаты заработной платы работникам на основе нормативов. В этом случае величина прибыли, полученной предприятием, сказывалась лишь на размерах премий. Зато основная зарплата была работнику гарантирована. При второй модели хозрасчета зарплата зависела от полученной прибыли.

В 1987 г. Горбачев и его окружение начинают использовать для обозначения советского социализма термин «командно-административная система», понимая под этим «деформацию» идеальной марксистско-ленинской модели.

В 1987-1988 гг. Горбачев и его единомышленники стали употреблять понятие «общечеловеческие ценности». Признав в качестве общечеловеческих ценностей рынок, плюрализм, правовое государство, они говорили, что в СССР необходимо утвердить «социалистический рынок», «социалистический плюрализм», «социалистическое правовое государство».

28 июня — 1 июля 1988 г. состоялась XIX Всесоюзная конференция КПСС. 30 июня Горбачев выступил с речью, в которой говорилось о реформе власти, охране Конституции и отделении партийных органов от советских.

1 июля на Конференции без обсуждения была принята резолюция «О некоторых неотложных мерах по практическому осуществлению реформы политической системы страны», в которой предусматривалось вынесение на рассмотрение очередной сессии Верховного Совета СССР проектов законодательных актов по перестройке советских органов, необходимые дополнения и изменения в Конституцию СССР, а также организация выборов и проведение съезда народных депутатов в апреле 1989 г., на котором должны быть образованы новые органы государственной власти.

1 июля 1988 г. был опубликован закон о кооперации, существенно расширивший возможности предпринимательства. Однако производственные кооперативы столкнулись с большими трудностями из-за сохранявшейся государственной монополии на сырье и ресурсы. Успешнее всего они действовали в торговле и общественном питании. Кооператоры самостоятельно устанавливали цены, которые превышали государственные в несколько раз. Многие кооперативы занялись посреднической деятельностью, сводившейся к скупке и перепродаже продукции государственных предприятий.

25 мая — 9 июня 1989 г. состоялся I Съезд народных депутатов СССР, на котором демократическая оппозиция оформилась в рамках высшего законодательного органа как прообраз парламентской фракции. Численность Межрегиональной депутатской группы (МДГ), как назвали себя оппозиционеры, быстро достигла 15 % делегатов съезда.

5 февраля 1990 г. состоялся расширенный пленум ЦК КПСС, на котором Михаил Горбачев заявил о необходимости введения поста президента СССР с одновременной отменой 6‑й статьи Конституции СССР о руководящей роли КПСС и установлении многопартийной системы (6-я статья конституционно закрепляла руководящую роль КПСС в жизни советского общества).

12-15 марта 1990 г. на III Внеочередном съезде народных депутатов СССР («в порядке законодательной инициативы» был внесен проект «Закона СССР об изменениях и дополнениях Конституции СССР по вопросам политической системы (статьи 6 и 7 Конституции СССР)».

14 марта 1990 г. был принят закон «Об учреждении поста президента СССР и внесении изменений и дополнений в Конституцию СССР».

9 октября 1990 г. был принят закон СССР «Об общественных объединениях», признавший наличие в стране многопартийности.

22 января 1991 г. началась последняя советская денежная реформа, получившая название «павловской» в честь ее создателя, министра финансов, а впоследствии премьера правительства СССР Валентина Павлова. В ходе реформы был осуществлен обмен 100- и 50-рублевых купюр на купюры нового образца. Проводился он в течение трех дней, суммы обмена были жестко ограничены. Из обращения было изъято всего 5% той суммы, которая считалась избыточной.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

ria.ru

Смотрите так же:

  • 20 фз о трудовых пенсиях в рф Федеральный закон "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" Федеральный закон от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ"О трудовых пенсиях в Российской Федерации" С изменениями и дополнениями от: 25 июля, 31 декабря 2002 г., 29 ноября 2003 г., 29 […]
  • П 5 ст 13 закона 115-фз Федеральный закон от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ"О правовом положении иностранных граждан в […]
  • Закон о проверках рк Федеральный закон от 26 декабря 2008 г. N 294-ФЗ "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля" (с изменениями и дополнениями) Федеральный […]
  • Федеральный закон об основах туристской Федеральный закон от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ"Об основах туристской деятельности в Российской […]
  • Ст 12 закона 273 Федеральный закон от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ"О противодействии коррупции" С изменениями и дополнениями от: 11 июля, 21 […]
  • Об ипотеке залоге недвижимости фз Федеральный закон от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ"Об ипотеке (залоге недвижимости)" С изменениями и дополнениями от: 9 ноября 2001 […]

Обсуждение закрыто.