О признании брачного договора недействительным судебная практика

Оглавление:

Почему брачные договоры не работают: ВС объяснил, как нужно делить имущество

Супруги заключили брачный договор, по которому мужу доставались машина и гараж, а жене – квартира и долг по ипотеке. Через месяц пара развелась, после чего экс-супруг решил, что условия соглашения его не устраивают, и обратился в суд, требуя признать контракт недействительным, а квартиру – разделить пополам. В первой инстанции ему отказали, апелляция удовлетворила иск, точку в споре поставил ВС. А эксперты Право.ru прокомментировали, почему брачные контракты в России пока не работают.

Тебе квартиру, мне машину

Светлана и Сергей Гладковы* поженились в марте 2007 года и вскоре задумались о приобретении жилья. В октябре того же года Светлана взяла в «Сбербанке» кредит на сумму в 750 000 руб. Часть этих денег, а именно 250 000 руб., супруги внесли в качестве задатка за квартиру, остальную сумму планировали использовать на ремонт, покупку мебели и бытовой техники. В мае следующего года Гладковы стали хозяевами собственной жилплощади в Анапе, ипотечный договор со «Сбербанком» на 2,25 млн руб. также был оформлен на Светлану, а Сергей выступил в качестве поручителя по обоим кредитам. Единственной владелицей квартиры в свидетельстве о праве собственности значилась Гладкова.

12 апреля 2013 года супруги заключили брачный договор, по условиям которого собственником любого имущества, приобретенного в браке, будет считаться тот, на чье имя оно куплено (п. 4 документа). Отдельно в пп. 7 и 8 оговаривалось, что Светлана становится единоличной владелицей квартиры, в связи с чем Сергей не имеет на нее никаких прав, а его согласия на отчуждение жилья не требуется. За Гладковым же признавалось право собственности на автомобиль и гаражный бокс, которые были зарегистрированы на него.

Через месяц супруги развелись, и Сергей подал иск в Анапский горсуд, требуя признать недействительным условие брачного договора о том, что квартира отходит его бывшей жене, установить, что она является общей собственностью супругов, и поделить пополам.

В обоснование своих требований он сослался на п. 2 ст. 44 Семейного кодекса (признание брачного договора недействительным):

– Суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. Условия брачного договора, нарушающие другие требования пункта 3 статьи 42 настоящего Кодекса, ничтожны.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, поскольку, по его мнению, брачный договор соответствовал закону, а доказательств того, что его условиями Гладков поставлен в крайне неблагоприятное положение, тот не представил. На заседании Сергей говорил о том, что нажитое в браке имущество поделено несправедливо и несоразмерно, но суд на это заметил, что «возможность отступления от равенства долей посредством заключения брачного договора предусмотрена законом, а несоразмерность выделенного каждому из супругов имущества сама по себе не является основанием для признания его недействительным». При этом Светлана Гладкова соблюдает имущественные обязательства, наложенные на нее договором, – за свой счет выплачивает долг по ипотеке. Кроме того, в собственности Гладкова имелась другая квартира, так что его довод об отсутствии недвижимого имущества суд признал необоснованным.

Апелляция отменила это решение и удовлетворила иск. Судебная коллегия обратила внимание на то, что Гладков был поручителем по двум кредитам, за счет которых куплена квартира, а в период брака погашал задолженность по ним вместе с женой. Кроме того, в определении указано, что принадлежавшую ему другую квартиру Сергей продал за 2,3 млн руб., а часть этих средств пошла на покупку «семейного» жилья. Поэтому передача спорной жилплощади экс-супруге «полностью лишает Гладкова права на имущество, нажитое сторонами во время брака», и ставит его в крайне неблагоприятное положение, несмотря на то, что ему достались машина и гараж.

Было ли положение «крайне неблагоприятным»?

Гладкова подала жалобу в ВС (дело № 18-КГ16-10), и 24 мая этого года ее рассмотрели судьи коллегии по гражданским делам Татьяна Вавилычева, Татьяна Назаренко и Игорь Юрьев.

Главным было – понять, ставит ли брачный договор бывшего мужа, оставшегося без квартиры, в то самое «крайне неблагоприятное положение». Согласно п. 15 постановления Пленума ВС «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» от 5 ноября 1998 года, примером такого положения может быть ситуация, когда муж или жена полностью лишаются права собственности на имущество, нажитое в период брака. В этом случае суд может признать дискриминационные условия брачного договора недействительными по требованию обиженного супруга.

Между тем, как указал ВС, в соглашении, которое заключили Гладковы, нет положений о том, что все имущество достается Светлане. По договору Сергею переданы гараж и машина, а его бывшая жена получила не только квартиру, но и обязательство по погашению кредита, взятого на ее покупку. «Доказательств наличия существенной диспропорции в распределении между супругами имущества, нажитого в период брака и имущественных обязанностей супругов в связи с передачей каждому из них конкретного вида имущества, в деле не имеется», – установили судьи ВС.

Ошибочным они признали и вывод апелляции о том, что поручительство Гладкова по кредитным договорам, заключенным его экс-супругой, и передача ей квартиры ставят мужчину в крайне неблагоприятное имущественное положение. Согласно ст. 363 (ответственность поручителя) и ст. 365 (права поручителя, исполнившего обязательство) ГК, поручитель отвечает перед кредитором, если должник исполняет свои обязательства ненадлежащим образом. После этого к нему (в объеме удовлетворенных поручителем требований) переходят все права кредитора по этому обязательству, в том числе и права залогодержателя. Между тем Гладкова исправно платит взносы по ипотеке, и требований к ее бывшему мужу, как к поручителю, банк не предъявлял.

Кроме того, по мнению ВС, суд апелляционной инстанции не принял во внимание то, что спорная квартира находится в залоге у банка, а нынешняя ее собственница по брачному договору (п. 4) приняла обязательства самостоятельно погасить ипотеку. Гладков действительно продал принадлежавшую ему иную квартиру за 2,3 млн руб., но сделал это более чем через год после развода и не смог представить суду доказательств, что часть полученных средств пошла на погашение долга за «семейное» жилье. ВС посчитал, что условия договора все же не ставят его в крайне неблагоприятное положение, и оставил в силе решение суда первой инстанции, отменив апелляционное определение.

Мнение экспертов

Эксперты, опрошенные «Право.ru», согласны с мнением судей ВС, поскольку оно подтверждает сложившуюся практику. «Позиция ВС укладывается в тот подход, который является по таким делам общепринятым», – говорит партнёр КА «Юков и партнёры» Марина Краснобаева. По ее словам, дело вполне себе типичное, и подход к нему апелляции несколько удивляет. «Брачный контракт сформулирован так, что имущество остается за тем супругом, на которого оно зарегистрировано. Само по себе это условие несправедливым не является. Когда Гладковы покупали квартиру, пусть и за счет совместных средств, данное условие было известно и понятно обоим. Более того, сам истец получил имущество, которым с супругом делиться не хочет», – комментирует она.

Дмитрий Штыков из юридического бюро «Падва и Эпштейн» согласен, что по факту имеющееся у супругов имущество было разделено, а не перешло к одному из них. «С учетом того, что брачный договор был заключен после приобретения супругами квартиры и иного имущества, и судьба всей собственности четко прописана в брачном договоре, супруги, подписывая соглашение, сами определили его судьбу и прекрасно осознавали порядок его раздела в случае расторжения брака», – считает он.

«Консервативным толкованием норм п. 3 ст. 42 и п. 2 ст. 44 СК» назвал подход ВС Илья Алещев, партнер из «Алимирзоев и Трофимов». По его мнению, то самое «крайне неблагоприятное положение», в которое брачный договор может поставить одного из супругов, – оценочная норма, и содержание ее фактически зависит от усмотрения суда. «Как показывает анализ судебной практики, суды неохотно применяют это основание недействительности. Как правило, обстоятельства дела указывают на переход к истцу – супругу, интересы которого нарушены, – какой-то собственности из состава общего имущества супругов. Ссылаясь на это, суды указывают, что истец «не лишается всего имущества», в том числе единственного жилого помещения, и отказывают в иске», – комментирует юрист. «Иной исход был бы возможен в случае, когда одна из сторон брачного договора полностью лишилась права собственности на любое имущество, нажитое во время брака. В целом практика по такой категории споров, как правило, сводится к отказу истцу в иске», – подтверждает Татьяна Кормилицына, партнер юридической группы «Яковлев и Партнеры».

Брачный договор – не панацея: почему брачные договоры не распространены в России

Заключение брачных договоров в России – не слишком распространенная практика. Между тем это вполне действенный способ поделить имущество не только в случае развода, но и без разрыва семейных отношений. Однако иногда, уже после заключения соглашения, одна из сторон решает, что его условия несправедливы, и обращается в суд, требуя признать договор недействительным. Впрочем, по словам наших экспертов, это случается нечасто. «Законодательная возможность изменить законный режим имущества супругов дает сторонам возможность договориться, обдумать, оценить и только после этого подписать брачный договор, – комментирует Светлана Бурцева, председатель «Люберецкой коллегии адвокатов». – Практики признания договора недействительным крайне мало, поскольку, его составление предполагает просчет рисков сторон еще до подписания».

Антон Соничев, адвокат бюро «Деловой фарватер», считает, что брачные контракты в большинстве случаев призваны защитить состоятельных граждан от неблагоприятных последствий брака. Поэтому они отражают позицию лица, стремящегося защитить свои имущественные интересы, вразрез с положениями Семейного кодекса. «Допустим, коммерсант обладает долей в фирме, которая в период брака значительно возросла в стоимости. По закону это – совместно нажитое имущество, а в контракте оговорено, что эта доля не является общей собственностью. Налицо заранее созданная неблагоприятная ситуация для члена семьи», – приводит пример юрист.

«Хрестоматийным примером непропорционального распределения совместно нажитого имущества является условие о переходе всех долгов одному из супругов после расторжения брака. Однако на практике супруги редко заключают настолько «бесспорно незаконные» брачные договоры», – развивает мысль коллеги Артем Соколов, юрист Forward Legal. По его словам, единой практики по таким спорам нет, и суды по-разному оценивают условия брачного договора и их соответствие нормам о равном распределении совместного имущества. «Например, суды одного округа часто признают незаконными условия брачного договора, по которым только один из супругов должен выплачивать кредит, взятый на покупку совместного жилья. В другом округе суды признают недействительными брачные договоры, если по их условиям один из супругов после расторжения брака получает значительно более дорогое имущество», – рассказывает юрист.

Конкретный пример «несправедливого» раздела собственности супругов по брачному договору приводит Дмитрий Штыков, руководитель юротдела бюро «Падва и Эпштейн». В апреле 2013 года Мосгорсуд рассмотрел апелляционную жалобу по делу № 11-17943. Фабула дела такова: супруг после 24 лет совместной жизни осознал, что в результате заключенного брачного договора все общее имущество, к которому относилось два земельных участка, жилой дом и три квартиры, принадлежит его супруге, а ему не остается ничего. Рассмотрев его исковые требования об оспаривании брачного договора, суды трех инстанций пришли к выводу о недействительности брачного договора, содержащего такие условия.

Екатерина Екимова, юрист практики семейного и наследственного права юрфирмы «ЮСТ», считает, что раз СК обязывает удостоверять брачный договор у нотариуса, именно на него в определённой степени возложена функция контроля за равноправием сторон соглашения. «Нотариус разъясняет сторонам сущность и правовые последствия заключения такого рода сделки. Это является правовой гарантией для участников брачного соглашения и позволяет избежать подписания брачных договоров с действительно кабальными условиями, когда, в частности, в личную собственность одного из супругов передается все совместно нажитое во время брака имущество, а общие долги супружеской пары полностью возлагаются на другого супруга», – говорит она.

*имена участников событий изменены редакцией

pravo.ru

Дело о признании брачного договора частично недействительным

(судебная практика отмены пунктов брачного договора, ставящих супруга в крайне неблагоприятное положение)

г. Москва, районный суд, 2010 год

Истица обратилась в суд с иском к ответчику о признании брачного договора частично недействительным и разделе совместно нажитого имущества, ссылаясь на то, что условия некоторых пунктов брачного договора ставят её в крайне неблагоприятное положение.

Позиция истицы (представлена юристом компании «Эра права»)

Истица вступила в брак с ответчиком 19.03.2005 года, от брака истица и ответчик имеют двоих несовершеннолетних детей. В период брака, за счет общих средств, была приобретена двухкомнатная квартира, оформленная на имя ответчика. 10.09.2005 г. ответчик уговорил заключить брачный договор, согласно п.п.2, 3 и 4 которого, приобретенная ответчиком в период брака и на его имя квартира, в том числе предметы домашней обстановки и обихода, которые будут находиться в ней, будут принадлежать ответчику. При расторжении брака, указанная квартира разделу не подлежит. Для совершения сделки по распоряжению указанной квартиры или сделок, требующих нотариального удостоверения и государственной регистрации, согласия супруги на эти сделки либо каких-либо других документов, подтверждающих ее волеизъявление, не требуется.

Регулирование семейных отношений осуществляется в соответствии с принципами добровольности брачного союза мужчины и женщины, равенства прав супругов в семье.

В соответствии со ст.2 СК РФ семейное законодательство регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи, в том числе супругами.

Согласно ст.33 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В соответствии со ст.34 СК РФ имущество, нажитое супругами по время брака, является их совместной собственностью.

В силу ст.40 СК РФ брачным договором признается соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Брачный договор — разновидность гражданско-правовых договоров, направленных на установление или изменение правового режима имущества.

В соответствии со ст.44 СК РФ суд может признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия этого договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение.

В соответствии с п.3 ст.42 СК РФ брачный договор не может содержать другие условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного законодательства.

В январе 2010 г. истице стало известно о намерении ответчика распорядиться вышеуказанной квартирой, в связи с чем, 05.11.2009 г. им заключен договор с ЗАО об оказании риэлтерских услуг по продаже данной квартиры.

Учитывая, что в случае продажи ответчиком указанной квартиры истица окажется без жилья, с двумя несовершеннолетними детьми, то есть в крайне неблагоприятном положении она просит суд признать заключенный брачный договор в части п.п. 2, 3 и 4 недействительным.

В судебном заседании установлено, что стороны состоят в зарегистрированном браке с 19.03.2005 года, брак в установленном законом порядке не расторгнут, при этом, от данного брака, стороны имеют общих несовершеннолетних детей.

В период брака за счет общих средств сторонами была приобретена двухкомнатная квартира на основании договора купли-продажи от 14.09.2005 года, право собственности, на которую зарегистрировано на имя ответчика.

В данной квартире зарегистрированы и проживают истица с несовершеннолетними детьми.

10.09.2005 г. между истицей и ответчиком, находившимися в зарегистрированном браке, был заключен брачный договор, удостоверенный и зарегистрированный в реестре нотариусом города Москвы.

Согласно п.2 Брачного договора квартира, которая будет приобретена ответчиком в период брака и на его имя, в том числе предметы домашней обстановки и обихода, которые будут находиться в ней, будут принадлежать ответчику.

При расторжении брака указанная квартира разделу не подлежит (пункт 3 брачного договора).

Пунктом 4 договора предусмотрено, что для совершения сделки по распоряжению указанной квартирой или сделок, требующих нотариального удостоверения и государственной регистрации, согласия супруги на эти сделки и каких-либо других документов, подтверждающих ее волеизъявление, не требуется.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что условия данного брачного договора, а именно п.п. 2, 3 и 4 ставят истицу в крайне невыгодное положение, поскольку квартира приобретенная супругами во время брака, и являющаяся их совместной собственностью, в случае расторжения брака будет являться собственностью только одного из супругов — ответчика, содержание п.п. 2, 3 и 4 данного брачного договора нарушают нормы семейного законодательства, в частности, принцип равенства супругов, и подлежат признанию недействительными.

Признать пункты 2, 3 и 4 брачного договора заключенного 10.09.2005 г., между истицей и ответчиком недействительными.

Разделить имущество, являющееся совместной собственностью супругов, признав:

  • за истицей право собственности на 1/2 доли квартиры;
  • за ответчиком право собственности на 1/2 доли квартиры.

Обзор подготовлен коллективом
юридической компании «Эра права»

Обзоры и публикации по теме:

© Исключительные права на данную публикацию принадлежат ООО «Эра права». Полная или частичная перепечатка или иное распространение публикации допускается только с обязательным указанием имени автора (при наличии) и наименования правообладателя, а при размещении в сети Интернет, — с гиперссылкой на сайт правообладателя

m.eraprava.ru

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20 января 2015 г. N 5-КГ14-144 Суд направил дело о признании брачного договора недействительным на новое рассмотрение, указав, что суду следует установить имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства, связанные с заключением и подписанием брачного договора, установить, какое имущественное положение приобретает каждая из сторон в результате исполнения условий брачного договора и ставят ли условия заключенного между ними брачного договора, изменившего установленный законом режим совместной собственности супругов, истца в крайне неблагоприятное имущественное положение по сравнению с его супругой

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кликушина А.А.,

судей Вавилычевой Т.Ю. и Назаренко Т.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Сафаряна А.А. к Карапетян Л.Г. о признании брачного договора недействительным

по кассационной жалобе Сафаряна А.А. на решение Гагаринского районного суда г. Москвы от 23 декабря 2013 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 28 марта 2014 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю., выслушав объяснения представителя Сафаряна А.А. — адвоката Шнайдер О.В., поддержавшей доводы кассационной жалобы, представителя Карапетян Л.Г. — Коваленко Л.В., возражавшей против удовлетворения жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Сафарян А.А. обратился в суд с иском к Карапетян Л.Г. о признании брачного договора недействительным.

В обоснование иска Сафарян А.А. указал, что с 20 октября 1988 года по 9 сентября 2008 года состоял в браке с Карапетян Л.Г.

Брак расторгнут решением мирового судьи судебного участка № . г. Москвы от 9 сентября 2008 года.

8 октября 2013 года Гагаринским районным судом г. Москвы вынесено решение по иску Карапетян Л.Г. к Сафаряну А.А. о разделе совместно нажитого имущества, в основу которого положен брачный договор, заключенный между Сафаряном А.А. и Карапетян Л.Г. 17 мая 2001 года. По мнению истца, брачный договор является ничтожным, поскольку он его не заключал и никогда не был в нотариальной конторе, где он удостоверен.

Кроме того, Сафарян А.А. указал на недействительность брачного договора в силу того, что данный договор ставит его (Сафаряна А.А.) в крайне неблагоприятное положение.

Решением Гагаринского районного суда г. Москвы от 23 декабря 2013 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 28 марта 2014 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 4 июля 2014 года представителю Сафаряна А.А. — Шнайдер О.В. отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Определением заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации Хомчика В.В. от 22 декабря 2014 года отменено определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 4 июля 2014 года и кассационная жалоба Сафаряна А.А. с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм материального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций по настоящему делу.

Судом установлено, что с 20 октября 1988 года по 9 сентября 2008 года Сафарян А.А. и Карапетян Л.Г. состояли в браке (л.д. 8, 9).

17 мая 2001 года между Сафаряном А.А. и Карапетян Л.Г. заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом Люберецкого нотариального округа Московской области П. (л.д. 9).

Как следует из пункта 1.4 брачного договора, в случае расторжения брака по инициативе Сафаряна А.А. либо в результате его недостойного поведения (супружеской измены, пьянства, хулиганских действий и т.п.) имущество, нажитое во время брака и относящееся к общей совместной собственности супругов, переходит в собственность Карапетян Л.Г. (л.д. 9)

Отказывая в удовлетворении исковых требований Сафаряну А.А., суд первой инстанции (и с ним согласился суд апелляционной инстанции) пришел к выводу о пропуске срока исковой давности для признания брачного договора недействительным, поскольку исполнение заключенного сторонами брачного договора началось с момента его подписания, то есть с 17 мая 2001 года, а в суд Сафарян А.А. обратился спустя 12 лет (25 ноября 2013 года). Ходатайство о применении срока исковой давности было заявлено представителем Карапетян Л.Г.

Данный вывод судов нельзя признать законным ввиду существенного нарушения норм материального права.

Законом (статья 44 Семейного кодекса Российской Федерации) установлены общие и специальные основания для признания брачного договора недействительным.

Согласно пункту 1 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации суд может признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. То есть данной нормой установлены специальные семейно-правовые основания для признания брачного договора недействительным.

Правовым основанием предъявления Сафаряном А.А. требования о признании брачного договора недействительным являлись положения как пункта 1, так и пункта 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации. Оспаривая брачный договор, Сафарян А.А. указывал как на ничтожность (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до 1 сентября 2013 года), так и на оспоримость данной сделки (пункт 3 статьи 42, пункт 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращение брака и признания его недействительным, регулирует неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

В силу статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации к названным в статье 2 данного кодекса имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством применяется гражданское законодательство.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Семейного кодекса Российской Федерации на требования, вытекающие из семейных отношений, исковая давность не распространяется, за исключением случаев, если срок для защиты нарушенного права установлен названным кодексом.

Семейным кодексом Российской Федерации срок исковой давности для требований об оспаривании брачного договора не установлен.

Однако по своей правовой природе брачный договор является разновидностью двусторонней сделки, но имеющей свою специфику, обусловленную основными началами (принципами) семейного законодательства. Поскольку для требования супруга по пункту 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации о признании брачного договора недействительным этим кодексом срок исковой давности не установлен, то к такому требованию супруга исходя из положений статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации в целях стабильности и правовой определенности гражданского оборота применяется срок исковой давности, предусмотренный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованиям о признании сделки недействительной.

Согласно статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 1 сентября 2013 года) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки (пункт 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2).

В соответствии с абзацем вторым пункта 15 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Из изложенного следует, что при оспаривании супругом действительности брачного договора или его условий по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда этот супруг узнал или должен был узнать о том, что в результате реализации условий брачного договора он попал в крайне неблагоприятное имущественное положение. В данном случае такой момент совпадает с разделом имущества, осуществляемого по условиям брачного договора, в результате исполнения которого сложилась ситуация, свидетельствующая о том, что один супруг полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака.

Как установлено судом апелляционной инстанции, о существовании брачного договора от 17 мая 2001 года Сафаряну А.А. стало известно 22 июля 2011 г. (л.д. 165-166).

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что о наличии брачного договора Сафаряну А.А. было известно до указанной даты, в деле не имеется.

Решением Гагаринского районного суда г. Москвы от 8 октября 2013 года, вступившим в законную силу 8 апреля 2014 года, раздел совместно нажитого имущества между бывшими супругами Сафаряном А.А. и Карапетян Л.Г. произведен с учетом оспариваемого Сафаряном А.А. брачного договора.

Таким образом, исполнение условий брачного договора началось в момент раздела имущества, осуществляемого по условиям брачного договора.

С учетом изложенного момент начала срока исковой давности по требованиям о признании брачного договора недействительным (по основаниям ничтожности и оспоримости) совпадает с моментом раздела имущества бывших супругов Сафаряна А.А. и Карапетян Л.Г.

Исковое заявление о признании брачного договора от 17 мая 2001 года недействительным было подано Сафаряном А.А. в суд 25 ноября 2013 года (л.д. 3-5).

При таких обстоятельствах вывод судов о пропуске Сафаряном А.А. срока исковой давности не соответствует положениям статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 1 сентября 2013 года) и установленным обстоятельствам.

Судебная коллегия находит, что оспариваемые судебные постановления нельзя признать законными и они в силу статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат отмене, поскольку без устранения допущенной судебной ошибки невозможны защита и восстановление существенно нарушенных прав и законных интересов Сарафяна А.А.

Поскольку Сафаряну А.А. судом было отказано в удовлетворении иска только по основанию пропуска им срока исковой давности без исследования фактических обстоятельств, связанных с заключением и содержанием брачного договора, дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и установить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, связанные с заключением и подписанием брачного договора, а также установить, какое имущественное положение приобретает каждая из сторон в результате исполнения условий брачного договора и ставят ли условия заключенного между сторонами брачного договора, изменившего установленный законом режим совместной собственности супругов, Сафаряна А.А. в крайне неблагоприятное имущественное положение по сравнению с его супругой Карапетян Л.Г., а также вынести решение в строгом соответствии с положениями статей 195-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 387, 388 и 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

решение Гагаринского районного суда г. Москвы от 23 декабря 2013 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 28 марта 2014 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

www.garant.ru

Брачный договор: судебная практика

Заключая брачный договор, каждый из супругов надеется избежать спорных ситуаций, возникающих при разделе совместно нажитого имущества. Однако иногда и сам договор становится предметом спора, что приводит стороны в суд с требованиями о его признании недействительным или расторжении. Регулируется брачный договор гл. 8 ст. ст. 40-44 СК России.

Брачный договор относится к категории двухсторонних сделок в соответствии с общими положениями действующего законодательства. Все имущественные права сторон договора, а также обязанности по отношению друг к другу, возникают при соблюдении установленных законом требований к заключению сделки и ее действительности.

Признание брачного договора недействительным полностью, а также частично, при возникновении спора происходит в судебном порядке. Основания для признания сделки недействительной установлены Гражданским кодексом и имеют исчерпывающий перечень.

Правовые основания для признания брачного договора недействительным

Правовыми основаниями для признания брачного договора в судебном порядке недействительным являются случаи:

  • если он был заключен лицом, которое не осознавало значения своих действий и не могло ими руководить;
  • если договор был заключен под влиянием заблуждения;
  • если договор был заключен под влиянием обмана, угрозы или вследствие тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях;
  • если договор был заключен с недееспособным или ограниченным в дееспособности лицом.

Также законом (п. 2 ст. 44 Семейного кодекса) предполагается возможность признания недействительным брачного договора в тех случаях, когда договор ставит одну из его сторон в крайне неблагоприятное положение. Можно сказать, что последнее основание чаще других является правовой позицией в исках о признании брачного договора недействительным.

Признание недействительным договора в отдельном исковом производстве

Одним из примеров судебной практики является дело, которое было рассмотрено Президиумом Санкт-Петербургского горсуда. По результату рассмотрения дела было вынесено постановление по жалобе на решение поднадзорной инстанции. Основанием для рассмотрения дела был иск о признании брачного договора недействительным. Поскольку его положения, а именно п. 5 и 6 поставили истца в крайне неблагоприятное положение. Исходя из условий договора, квартира, которая приобреталась в период брака, становится собственностью ответчика, а истец по делу обязан по условиям контракта в течение 7 дней с момента регистрации расторжения брака выписаться из квартиры и выехать их нее.

Судами обеих инстанций истцу было отказано в удовлетворении исковых требований, исходя из пропуска истцом срока исковой давности для обращения в суд. (Постановление от 09.12.2009 года № 44Г-199).

Даная правовая позиция, которую зачастую принимают суды, о применения срока исковой давности носит достаточно спорный характер, поскольку ст. 44 Семейного кодекса не установлена правовая возможность применения вышеуказанной нормы, а все правоотношения, которые предусматривает брачный договор, регулируются нормами семейного законодательства.

Признание договора недействительным в споре о разделе имущества

Также в судебной практике, кроме признания договора недействительным в отдельном исковом производстве, такое требование может предъявляться сторонами и в спорах, связанных с разделом имущества супругов. Одним из примеров судебной практики является определение Московского областного суда № 33-1778/2015 по делу, в котором рассматривалась апелляционная жалоба на решение суда по делу о признании брачного договора недействительным и признание права собственности на долю имущества.

Причиной судебного спора вилось то, что истец, являясь наследником своего умершего отца, узнал о том, что пред смертью наследодателем был заключен брачный контракт с гражданкой Н. По условиям этого договора вся предполагаемая наследственная масса (объекты недвижимости) переходила в собственность супруге умершего полностью.

В обосновании правовой позиции при признании брачного договора недействительным истец ссылался на то, что сторона брачного контракта (умерший отец истца) в период его составления лечился от онкологического заболевания, осуществляя при этом медицинские процедуры, которые, по мнению истца, повлияли на способность умершего понимать значение своих действий и возможность осознанно распоряжаться имуществом.

Денные требования основаны на положении статьи 177 ГК России, которая предусматривает возможность признания сделки недействительной, заключенной лицом, не способным понимать значение своих действий. Однако причиной отказа в удовлетворении иска явилось нарушение истцом норм процессуального права (ст. 156 ГПК России), которые обязывали его предоставить доказательства своей правовой позиции.

Определяющей правовой позицией при рассмотрении судами споров, связанных с исполнением брачного договора (контракта) и его признания недействительным, является Постановление Пленума ВС России от 05.11.98 года № 15. В пункте 15, указанного правового акта, изложена позиция, в соответствии с которой брачный договор (контракт) может быть признан недействительным, если его условия при изменении установленного законом режима совместной собственности ставит одного из супругов в крайне неблагоприятное положение. Таким, по мнению суда, является полное лишение права собственности на имущество одного из супругов, нажитое в период брака.

Правовые основания, которые предполагают возможность изменения условий установленного законном режима собственности брачным договором, дают возможность избежать раздела кредитов при разводе, а также раздела ипотечной квартиры. В случае заключения брачного договора его условиями может быть установлено, кто будет нести обязательства по выплате кредита и за кем будет определено право собственности на квартиру.

Как показывают примеры судебной практики, брачный договор является одним из видов двухсторонних сделок, и регулирование споров по ним в судебном порядке представляет собой достаточно сложную категорию судебных дел. Поэтому его заключение, расторжение, признание недействительным или частично недействительным требует участия специалиста в области права.

sudebnayapraktika.ru

Смотрите так же:

  • Транспортный налог на автомобиль в 2014 Разъяснения Ставки транспортного налога в Москве на 2014 год по сравнению с 2013 годом не изменились. Они установлены Законом г. Москвы от 9 июля 2008 г. № 33 "О транспортном налоге" (с изм. от 14 ноября 2012 г.). Дополнительно […]
  • Материнский капитал сумма 2013 Материнский капитал: какие изменения можно ожидать в будущем? Материнский (семейный) капитал как мера поощрения к рождению или усыновлению второго ребенка начал предоставляться в нашей стране с 2007 года, со вступлением в силу […]
  • Ежегодное пособие многодетной семье Льготы, компенсации и детсады: как Москва помогает многодетным семьям Около 130 тысяч многодетных семей Москвы, в которых воспитывают 327 тысяч несовершеннолетних детей, получают социальную поддержу. Город помогает им по-разному: […]
  • Налог за сдачу металла Нужно ли платить налог от сдачи металлолома? Нужно ли платить налог, если я сдаю металлолом и организация мне перечисляет деньги на карту? Ответы юристов (1) да, физические лица должны уплачивать налог на доходы с любого дохода, кроме […]
  • Сумма страховки мвд по переломам Какие размеры страховой выплаты по тяжелой травме? Добрый день! У меня вопрос о размерах законной страховой выплаты по полученной тяжелой травме в период прохождения военной службы.Суть вопроса в том,что в 2009г, декабрь, мною получена […]
  • Дорожный налог в балашихе Транспортный налог в Москве: до 150 рублей за лошадиную силу Власти Москвы планируют увеличить ставки транспортного налога в отношении большинства категорий легковых автомобилей и отменить некоторые ранее установленные льготы. […]

Обсуждение закрыто.